🍒
Глава 15. Маша начинает копать. Как она может копать?
1) устраивает допрос про странные приложения Патрику
(Тогда про музу не в 13 главу надо, а в 15)
2) ищет в интернете про арт икс?
3) допытывается что делал патрик с отцом?
Еще?
Да. И я бы сделал главу 15 первой настоящей детективной главой. Не «Маша узнала ещё одну странность», а Маша сама начинает искать ответ.
Из твоих трёх вариантов я бы взял все три, но развёл их по функции.
1. Допрос Патрика — главный инструмент
После главы 13 у неё есть конкретный повод:
Почему у Патрика 37 аддонов, половина из которых выглядит странно, а часть написана одним неизвестным ArtX?
Она садится и буквально устраивает ему интервью.
И здесь Патрик — ужасный свидетель. 😂
Она:
— Что делал «Внешняя память»?
— Поддерживал функции внешнего хранения.
— Что именно хранил мой отец?
— Информация защищена.
— Что делала «Муза»?
— Поддержка творческой деятельности.
— Как?
— Неизвестно.
— Кто такой ArtX?
— Информация о разработчике недоступна.
— Ты с ним общался?
— Я не располагаю такой информацией.
— А папа с ним общался?
— Информация о пользователе защищена.
И Маша впервые понимает: у Патрика есть не просто память. У него есть зоны, куда она не имеет доступа.
Это очень хорошая штука.
И вот здесь как раз можно подробно поговорить о «Музе», а не в 13-й. В 13-й они увидели список. В 15-й Маша возвращается к нему:
Почему вообще мой отец поставил себе программу, которая помогает не бросать творческие проекты?
И это уже вопрос.
====
Да. И я бы обязательно дал Маше заинтересоваться «Музой». Это как раз может стать очень хорошей детективной ниткой, причём совершенно естественной.
Патрик вполне может рассказывать о приложении, если оно не относится к защищённой информации владельца или разработчика.
То есть граница примерно такая:
Что Патрик может
О приложении:
* название;
* назначение;
* версия;
* дата установки;
* производитель/разработчик — если эта информация публична;
* доступные функции;
* системные зависимости;
* рекомендации по использованию;
* совместимость с другими аддонами;
* факт, что приложение давно не обновлялось.
Например:
— Что делает «Муза»?
— Приложение предназначено для поддержки творческой активности пользователя.
— Как именно?
— Механизм работы относится к закрытой архитектуре приложения.
И вот это прекрасно.
Маша:
— То есть ты не знаешь?
— Я знаю, что оно делает. Как именно — нет.
Что Патрик не может
Вот здесь появляется вкусная зона запрета:
— А кто его написал?
— Информация о разработчике защищена.
— А кто им пользовался?
— Информация о предыдущем владельце защищена.
— А зачем он её установил?
— Не могу определить намерение владельца.
И Маша такая:
🤨
Потому что приложение он обсуждает совершенно спокойно, а вокруг двух конкретных вещей вдруг появляется бетонная стена.
⸻
И я бы даже сделал ещё интереснее.
Маша:
— А «Муза» вообще полезная?
Патрик:
— Для пользователей, занимающихся творческой деятельностью, эффективность оценивается как высокая.
— Откуда ты знаешь?
— По истории использования.
— Моего?
— В настоящее время — вашего.
И вот тут Маша впервые может спросить:
— А она сейчас работает?
— Да.
— На мне?
— Приложение установлено на мне.
— Я поняла. Но оно что-нибудь делает?
Патрик:
— Это невозможно определить без контрольной группы.
😂
И не надо сразу показывать эффект.
Маша просто начинает присматриваться.
⸻
А «Муза» может стать вообще одним из первых приложений, которые зацепят Машу лично.
Потому что она сама дизайнер, работает с графикой, логотипами, брендбуками и постоянно что-то откладывает, бросает, переносит.
Она спрашивает:
— А оно может помочь мне закончить проект?
— Для этого предназначено.
— И как оно помогает?
— Поддерживает продолжение творческой деятельности.
— Это как?
— Не могу раскрыть внутреннюю логику.
— Ну спасибо.
😂
И потом совершенно буднично:
— Попробуем?
И Маша:
— Нет.
Через пять минут:
— Ладно.
И вот мы не знаем, работает ли «Муза» вообще.
Маша тоже не знает.
Она просто начинает замечать, что почему-то не бросила очередной проект.
⸻
И самое красивое здесь — ArtX вообще пока можно не трогать.
Пусть в интерфейсе будет:
Муза
Разработчик: ArtX
Установлено: 2016
Состояние: активно
И всё.
Для Маши это пока просто:
«Какой-то очень странный старый аддон, который почему-то оказался важным».
А читатель гораздо позже поймёт, что она буквально несколько глав назад смотрела на вещь, созданную человеком, которого уже видела в романе.
⸻
2. Интернет — но не «ввела ArtX и нашла всё»
Вот этого я бы избегал.
Маша ищет:
ArtX Novicorp
Находит что-то очень скудное.
Старые упоминания.
Какие-то технические обсуждения.
Может быть, старую страницу разработчика, которая давно не существует.
Но не ответ.
И тут появляется очень интересная детективная механика:
Маша ищет не ArtX, а следы.
Например:
* старые версии приложений;
* форумы;
* архивы;
* упоминания разработчиков;
* комментарии пользователей;
* старые объявления;
* кто ещё использовал эти аддоны.
И внезапно находит:
ArtX почти нигде не упоминается.
А это уже странно.
Потому что у человека, который сделал несколько десятков приложений для роботов, должен быть какой-то цифровой след.
⸻
3. История Патрика с отцом
Вот это я бы сделал самым эмоциональным направлением расследования.
Маша спрашивает:
— А что ты вообще делал с папой?
И Патрик отвечает обычными фактами:
— Помогал в гараже.
— Ездил с ним.
— Вёл учёт крепежа.
— Напоминал о таблетках.
— Учитывал урожай.
— Контролировал погоду.
И Маша вдруг понимает:
Почти все аддоны 2022 года — это жизнь её отца.
Не абстрактный пользователь.
Не «владелец робота».
Папа.
И дальше она начинает спрашивать уже не:
«Что такое ArtX?»
а:
«Каким был мой отец рядом с тобой?»
И вот тут Патрик может дать совершенно неожиданные кусочки.
Например:
— Папа часто разговаривал со мной?
— Да.
— О чём?
— О разных вещах.
— Например?
— О вас.
И всё. 😂
Маша:
— Что он говорил?
— Эта информация относится к архиву предыдущего владельца.
И вот это уже может больно ударить.
⸻
А ещё я бы добавил четвёртый способ
4. Она ищет старые документы самого Патрика
Не взламывает.
Просто разбирается с тем, что законно осталось у неё после наследования.
Коробка.
Договор.
Сервисные документы.
Старый паспорт робота.
Гарантийные бумаги.
Счёт за покупку.
А главное — дата первоначальной покупки и первый владелец.
И тут обнаруживается что-то несовпадающее с её представлением.
Например:
Патрик был куплен не её отцом.
Или:
отец приобрёл его уже бывшим в употреблении.
Или ещё лучше — в документах есть странный разрыв в истории владения.
Вот тогда мы получаем совершенно материальный детективный объект.
⸻
И я бы построил главу 15 так
Начало: Маша после главы 13 не может выбросить из головы ArtX.
↓
Допрос Патрика.
Получает больше вопросов, чем ответов.
↓
Маша открывает интернет.
Ничего толком не находит.
↓
Начинает спрашивать Патрика об отце.
И неожиданно получает эмоционально важные кусочки.
↓
Разбирает старые документы.
И находит первую конкретную аномалию в истории Патрика.
↓
Конец главы:
Не разгадка.
Новая улика.
Например, она смотрит на документ и говорит:
— Патрик.
— Да?
— А почему здесь стоит имя другого владельца?
Пауза.
— Маша, я рекомендую закрыть документ.
И вот это уже совершенно другой режим книги.
Потому что до этого Маша спрашивала:
«Что происходит?»
А с 15-й:
«Я хочу выяснить, что происходит».
И вот после этого можно начинать раскручивать настоящую детективную линию.
Покопала она. Узнала про смену владельцев, но об этом мы уже и так догадывались по логу аддонов
Немного узнала про приложения, что их скорее всего писал гений и аналогов не существует. Может быть она узнала что Теодор / артх был основателем новикорп, а создание роботов и ИИ были его хобби и смыслом жизни